Рубрики
Больше Культура

В музее Чехова в Таганроге воссоздали уникальную звуковую атмосферу — Российская газета



Жилой дом в Таганроге, в котором юный Антон Чехов написал свои первые произведения, в том числе знаменитую пьесу «Безотцовщина» (известную также под названием «Платонов»), с недавних пор стал музеем. Скоро в нем откроется экспозиция — и необычна она уже тем, что создает не только визуальный ряд, а еще и атмосферу звуков и разговоров тех времен, когда чеховская семья жила здесь.

Как появился здесь музей? Здание было выкуплено несколько лет назад у бывших жильцов и отреставрировано в духе последней трети XIX века по сохранившимся фотографиям того времени. Были воссозданы деревянная пристройка к нему, парадная часть крыльца и забор. Сведения о том, каким был дом с 1874 по 1876 годы, когда в нем жили Чеховы, нашли в семейной переписке, а также в воспоминаниях одноклассников Антона Павловича и самого писателя.

— Вряд ли юному Антоше, как его называли родители, в этом доме было очень уж комфортно. Уже двадцатисемилетним он прошел мимо дома и заметил потом: «Дом заброшен, ставни закрыты, как мы вообще могли в нем жить?!» Если войдете внутрь, все поймете, — рассказывает заведующая литературной частью чеховского таганрогского музея-заповедника Зоя Высоцкая, один из авторов концепции новой экспозиции.

Что там такое внутри? Заходишь — кажется, конечно, тесновато. Тем более для большой семьи. Надо иметь в виду, что Чеховы — родители и шесть детей — справили здесь новоселье в 1874 году. Дом теперь называют родовой усадьбой семейства. До этого они снимали жилье. Земельный участок под строительство купил дед будущего писателя Егор и разделил его на две части — для сыновей Митрофана и Павла. Сохранились ценные документы — план дома на три парадных входа, с флигелем, амбарами и другими дворовыми постройками, каким его видел отец писателя, Павел Егорович.

Но воплотить амбициозный проект ему не удалось. Из-за нехватки средств семейное гнездышко получилось намного скромнее. Чтобы построиться, заняли деньги под проценты. Когда началось строительство, подрядчик Миронов стал вкладывать средства в толщину стен, а это несколько (!) кирпичей. Денег требовалось все больше и больше… И вот — в итоге дом получился маленьким, всего на пять комнат вместе с гостиной.

И все же завершение его строительства когда-то было для Чеховых праздником: наконец-то обрели родные стены. Вскоре на главу семейства начали наседать кредиторы. Спасаясь от долговой тюрьмы, Павел Егорович сбежал в Москву, пройдя ночью до станции пешком с чемоданами. Вскоре к нему присоединились жена и младшие дети (старшие уехали в столицу еще раньше).

Антон Павлович, оставшийся в Таганроге один, три последующие года жил самостоятельно, зарабатывая на жизнь репетиторством, и в то же время помогал родителям. Судя по их письмам к сыну, Чеховы в Москве очень нуждались. Периодически они просили Антошу прислать что-то из домашнего скарба — самовар, таз для варенья, перины, подушки, зеркала, утюги, Машину шубу и… деньги.

Павел Егорович писал сыну: «Смотри, Антоша, работай, бери работы больше, вся наша родительская надежда на тебя». Есть и такие строчки: «Ты нам обещал три рубля, а прислал рубль двадцать. И что мы должны делать?!»

Несмотря на житейские трудности, самостоятельность пошла Антону на пользу. Он стал ходить в театр, библиотеку, лучше учиться, ездить к друзьям и написал свои первые произведения.

Писатель с мировым именем рождался здесь, в Таганроге, в доме по улице с прозаичным названием Конторская. Атмосферу, в которой это и происходило, пытаются воссоздать, насколько возможно, авторы музейной экспозиции.

— В ней не будет привычных экспонатов — предметов быта, — говорит замдиректора чеховского музея-заповедника Лариса Токмакова. — Все это есть в других чеховских музеях в городе. Из этого дома Чеховы практически все вывезли. Но в фондах остались их письма, рисунки, учебник Антона. Они особо ценны. Но еще неповторимы подлинные стены, расположение комнат, печь. И наша цель — воспроизвести атмосферу, в которую попал шестнадцатилетний юноша, вышедший из этого дома в 19 лет навстречу мировой славе. Язык экспозиции будет метафоричен. Посетитель окунется в эту обстановку и представит, как чувствовал себя здесь будущий литературный гений.

Дом оживет с помощью аудио-, видеообразов, звуков — голосов, смеха, слез, звона посуды, боя часов. Чеховы будут принимать гостей, мечтать о будущем, отправлять детей на учебу, обсуждать городские новости.

Прозвучит переписка членов семьи. Некоторые из писем озвучат впервые.

Так что в музей посетители смогут прийти не на обычную экскурсию, а на сеанс, на свидание с Чеховым.



Source link