Рубрики
Больше Культура

Белорусская песня по-прежнему жива мелодиями Игоря Лученка — Российская газета



Кажется, словно за распахнутой дверью вчерашнего дня, он светло и радостно отпраздновал свое 80-летие. В тот день в минувшем году его чествовали в его самом любимом городе — Минске. Один за другим выходили на сцену музыканты и политики, коллеги, друзья, исполнители его песен. А он с горящими от возбуждения глазами достойно и терпеливо сносил поздравления и подарки. А потом в последний раз публично сел за рояль и сам удивился, с какой легкостью из-под его пальцев полились памятные всем мелодии.

Манящие аккорды музыкального лирика, и после прощания с ним, все еще только ожидают откровений, как однажды признался «СОЮЗ», равных по масштабу литературным портретам Горького или Моруа. Хотя национальные критики уже успели подобрать и эпиграф к будущему бестселлеру, как они считают, предпослав ему крылатые строки Алексея Толстого: «Умом и сердцем чист и светел».

Удивительных творческих сюжетов в жизни национального самородка, автора более 400 песен, действительно хоть отбавляй. Страсть к волшебному смычку у его отца, как и у родителя Моцарта, открыла в пятилетнем мальчугане волшебный мир музыкального симфонизма. Игорь Михайлович к этому относился всегда с достоинством, но, как правило, скромно добавляя при этом: «Мне Бог дал мелодию». Родители хотели, чтобы их сын стал музыкантом. «Вот меня и «понесло» в музыку на всю оставшуюся жизнь…», признавался маэстро.

Но врожденная скромность заставляла автора гимна Союзного государства при каждой очередной встрече с любознательной прессой напоминать: «Пишите обо мне, только скромно». Попробуй не откликнуться на эту просьбу, когда тебя об этом просит первый обладатель именной «Этуали» на Площади звезд в Москве и в Витебске, а куранты на башне восстановленной в 2004 году Минской ратуши каждый час отбивают «Песню про Минск» почетного гражданина белорусской столицы.

Когда за твоими плечами не просто прожитый век, а целая эпоха национальной культуры, настроиться на утонченную деликатность стиля изложения достаточно сложно. Прежде всего, музыковеды в один голос признают, что музыке Лученка был присущ «яркий мелодизм и национальная самобытность». Его песни по мелодичности сопоставимы с шубертовскими музыкальными циклами. Их часто называли «шедеврами поэтического слова, положенными на замечательную музыку, которая моментально врезается в память, становится необходимой и желанной».

Конечно, время стремительно, но и безгранично в своей памяти. Поэтому без песен Игоря Лученка трудно представить и современную музыкальную жизнь Союзного государства. Они, словно камертон,  получают отзвук в сердцах миллионов поклонников, излучая добро, свет и любовь. Из партитуры Лученка формировались репертуары знаменитого оркестра Михаила Финберга, ансамбля «Песняры» и «друга, товарища и брата», как любил называть Иосифа Кобзона Игорь Михайлович.

В общении и даже в интервью с наседающей прессой композитор старался быть предельно прямолинейным. Вот и на вопрос о своем представлении музыкальных истоков, он только привычно разводил руками: «Музыка — такая же тайна, как и женщина». Но при этом он всегда кинжально реагировал на проявление черствости, несправедливости или жестокости.

Давайте сегодня вспомним его восхитительный «Майский вальс», который покоряет виртуозностью вдохновения, так же, как и «Алеся», «Вероника» или «Зачарованная моя». Многие жемчужины песенной лирики композитора остались в сердцах белорусов навечно, а песни комсомольской юности превратились в атрибут любого торжества на постсоветском пространстве.

Таким вспоминается мне и сам композитор, когда в далеком 1976 году мы впервые входили в жюри Всесоюзного конкурса молодых исполнителей советской песни вместе с Александрой Пахмутовой, Юрием Силантьевым и Раймондом Паулсом. Данный от природы абсолютный слух и врожденная интуиция открывать молодые таланты позволили в весенней Риге композитору безошибочно «подарить» стране еще двух будущих звезд эстрадного вокала: Розу Рымбаеву из Казахстана и рижанку Айю Кукуле.

Те, кто были близко знакомы с композитором, признают, что, прежде всего, это — боец, который «умел держать удар и отстаивать свою точку зрения. Об этом даже внешне напоминали черты его лица и непокорные волосы». Видимо этим объясняется их долгая дружба с Фиделем и Раулем Кастро, Эрнесто Че Геварой. И когда несколько лет назад журналисты поинтересовались у земляка, как чувствует он себя в свои годы, Игорь Михайлович искренне ответил: «Мне всегда будет 28!». Таким он и запомнился белорусам и всем ценителям его таланта в Союзном государстве.

Хотите знать больше о Союзном государстве? Подписывайтесь на наши новости в социальных сетях.



Source link