Рубрики
Экономика

Слив нефти: глобальные банкиры отказались от «неэтичных» кредитов | Статьи


Яркие и противоречивые выступления 16-летней экологической активистки Греты Тунберг в ООН в конце сентября отодвинули на второй план реальные действия по борьбе с изменением климата, которые произошли в те же дни. В частности, 130 коммерческих банков со всего мира подписали декларацию о принципах ответственного банковского дела (PRB). В числе этих принципов и реализация Парижского климатического соглашения, предусматривающего удержание роста средней температуры на Земле на отметке на 1,5 градуса выше доиндустриальных уровней. Честная реализация такой программы неизбежно повлечет за собой сокращение кредитов и инвестиций компаниям, производящим углеводородное топливо — то есть добывающим уголь и нефть.

Экологическая активистка Грета Турнберг

Экологическая активистка Грета Тунберг выступает с речью на саммите ООН, Нью-Йорк, 23 сентября

Фото: REUTERS/Carlo Allegri

В списке подписавших принципы оказались как небольшой голландский банк Triodos, стоящий за концепцией «этического банкинга», так и могущественные транснациональные финансовые корпорации — ING, ABN Amro, Citigroup, Societe Generale, Barclays и ICBC. Отметим, что большинство крупнейших участников соглашения базируются в Европе: от Америки и Азии оказалось всего по одному крупному подписанту. Такие учреждения, как JPMorgan, Bank of America, China Construction Bank и Nomura, от участия воздержались. Их представители заявляют, что они проводят в жизнь соответствующие программы самостоятельно. Или же продолжают обдумывать перспективы участия в соглашении. Всего из десяти крупнейших банков мира к декларации присоединились только три.

Тем не менее список получился солидный. Общий объем активов, контролируемых озабоченными климатическими проблемами банками, составил $47 трлн — это больше, чем суммарный ВВП США, Евросоюза и Японии. Влияние столь мощных финансовых организаций на мировую экономику огромно. И если предположить, что они настроены серьезно, от их действий может последовать оглушающий эффект, причем уже скоро.

Часть банков настроена на то, чтобы увеличивать инвестиции в зеленую энергетику — различные возобновляемые источники энергии. Что актуально, учитывая падение вложений в этот вид энергетики по итогам 2018 года на 12%. Частично это может быть оправдано тем, что в предыдущие годы инвестиции росли очень быстро, так что замедление было неизбежно, но в любом случае эта отрасль нуждается в многократном увеличении мощностей, чтобы быть в числе лидеров хотя бы электроэнергетики (до сих пор все возобновляемые источники, включая традиционные гидроэлектростанции, производят менее 13% электричества на земле).

Гидроэлектростанция на реке Ковде в Мурманской области 

Гидроэлектростанция на реке Ковде в Мурманской области

Фото: РИА Новости/Павел Львов

Так или иначе, но без сокращения добычи угля и горючих углеводородов говорить о выполнении Парижского соглашения к 2050 году просто бессмысленно. Несмотря на все успехи альтернативной энергетики, в последние три года выбросы СO2 в атмосферу за счет сжигания углеводородного топлива выросли на 8%. Если принимать за данность прямую зависимость между содержанием углекислого газа в атмосфере и среднегодовой температурой, то снижать объем используемых угля, нефти и газа придется быстро и решительно. В противном случае удержание температуры на отметке +2 градуса по Цельсию к доиндустриальной станет чистой фантастикой (опять же, если довериться нынешним климатическим моделям ООН).

Данное соглашение может стать серьезным шагом в эту сторону. В первую очередь оно ударит по и так переживающей не лучшие времена угольной индустрии. Доля угля в энергетическом балансе всего мира снижалась на протяжении нескольких лет, стабилизировавшись в 2017 году в связи с оживлением мировой экономики, особенно в такой быстрорастущей стране, как Индия. В то же время даже в Китае, не говоря уж о странах «первого мира», инвестиции в угледобычу падают стремительно. Уголь — самая легкая и понятная цель, но этой жертвы для выполнения Парижских соглашений будет маловато.

Сокращение банковских кредитов нефтяной индустрии, также считающейся грязной со стороны климатических пуристов, вполне логичное продолжение движения в данном направлении. Со стороны небанковских инвесторов кое-какие шаги уже делаются. Скажем, крупнейший в мире Норвежский пенсионный фонд решил избавиться от всех вложений в геологоразведку нефти и газа. Впрочем, пакеты акций в BP и Shell норвежцы продавать пока не собираются, объясняя это тем, что у данных компаний есть подразделения по работе с возобновляемыми источниками энергии.

Инвестиции в мировой нефтегазовый комплекс начали снижаться в 2014 году и рухнули более чем вдвое на протяжении всего лишь четырех лет. Лишь в прошлом году это обвальное падение приостановилось и даже начался небольшой рост. Разумеется, во многом это объясняется обвалом цен на нефть в два-три раза, однако такого упадка капиталовложений не было даже в 1990-е годы, когда цены, бывало, опускались до $10 за баррель.

Хранение нефти

Фото: Global Look Press/Nikolay Gyngazov/Russian Look

Между тем банковское финансирование и рефинансирование являются жизненно важными для «нефтянки», особенно с учетом падения длинных инвестиций. В прошлом году 33 ведущих банка мира предоставили почти 2 тыс. нефтяных компаний около $654 млрд на разных условиях. Это составляет почти 70% всех капитальных расходов всей нефтяной промышленности.

Потребности в нефти и газе в мире растут год от года (последний и единственный в этом веке спад фиксировался в 2009 году на фоне острейшего кредитного кризиса). Нефтяной индустрии нужно еще больше денег, чтобы не только выполнять свои текущие контракты, но и каждый год наращивать производство для удовлетворения этих потребностей. В ближайшие годы, по некоторым оценкам, нефтяным компаниям потребуется около $11 трлн, чтобы шагать в ногу со спросом. Снизив финансирование нефтяников, банки могут нанести тяжелейший удар по предложению на рынке, что вызовет неизбежный рост цен и новый энергетический кризис. В таких условиях нефть по $100 за баррель вновь, как и шесть-семь лет назад, будет ежедневной реальностью.

При этом расчет на то, что зеленая энергетика сможет заметно поколебать спрос на нефть, пока выглядит наивно. Солнце и ветер по-прежнему крайне далеки от того, чтобы стать лидерами в производстве электроэнергии даже в текущих условиях, когда спрос на электричество со стороны электромобилей крайне мал. Если же батареи вытеснят значимую часть двигателей внутреннего сгорания, то никакой, даже экспоненциальный рост производства электроэнергии при помощи возобновляемых источников этого не компенсирует. Даже если вся Сахара будет заставлена солнечными батареями, этого все-таки будет мало для удовлетворения потребностей мира в энергии.

Солнечная электростанция в китайской провинции Шаньдун

Солнечная электростанция в китайской провинции Шаньдун

Фото: TASS/Zuma

У решения банков-подписантов прекратить работу с «нечистыми» источниками энергии могут быть и другие последствия. Большинство этих кредитных организаций представляет Европу. В этой ситуации можно ожидать, что самый большой урон понесут представители именно европейской нефтяной индустрии — крупные компании, которые уже сейчас испытывают немалые проблемы с источниками добычи. Для американского рынка, где преобладают небольшие компании в сланцевой отрасли, работающие преимущественно с банками США, такие проблемы будут намного менее острыми. Еще меньше затруднений испытают Россия и Саудовская Аравия, которые в основном рассчитывают на свои силы и в малой степени зависимы от внешнего финансирования. Получится, что эти страны и соберут все сливки со стремительного повышения цен на нефть.

Впрочем, пока решимость банков выполнять принципы декларации совсем не очевидна. Помощник генсека ООН Сатья Трипати уверяет, что отсутствие в списке ряда ведущих кредитных учреждений показывает, что документ не пустышка. В то же время, по информации The Financial Times, один из банкиров, принимавших участие во встрече в Нью-Йорке, на условиях анонимности признался, что подписанные соглашения — «полная чушь». В общем, совершенно нельзя исключать, что мы имеем дело с очередной ни к чему не обязывающей, но полезной для пиара демонстрацией благородных намерений. Что на данный момент, вероятно, к лучшему.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ



Source link

Рубрики
Происшествия

Специалисты обвинили в сибирских пожарах глобальные климатические изменения


Сибирские пожары перекинулись на Аляску и Канаду

Автор статьи ссылается на данные Национального управления океанических и атмосферных исследований (NOAA) — ведомства в структуре Министерства торговли США, занимающегося метеорологическими и геодезическими исследованиями и прогнозами. Согласно NOAA, в июне нынешнего года на Аляске зафиксирован второй по величине температурный рекорд с 1925 года, то есть с того времени, когда начали вести подобные наблюдения. Июль на Аляске выдался не менее теплым. Более того, нынешнем летом там потеплело в среднем в два раза больше, чем на всей планете, пишет канадский автор, не уточняя, сколько там сейчас градусов выше нуля. Это упущение легко восполнить — в момент, когда пишутся эти строки, температура на Аляске — 18 градусов, на 3 градуса выше, чем в Москве. Еще в сводке NOAA говорится, что в промежутке между 2014 и 2018 годами температура в Арктической зоне планеты побила все рекорды с 1900 года.

«Необычайно мощные лесные пожары в Арктических регионах приводят к выбросам парникового газа, пожары бушуют дольше обычного, они охватывают более значительные территории, достигают более высоких широт, чем в предыдущие годы, — пишет Керри Тэйт. — Эксперты утверждают, что это вызвано изменениями климата».

«Канадские территории переживают самые мощные в нынешнем году пожары, однако бедствия, охватившие Аляску и Сибирь, лишний раз показывают, какую угрозу представляют климатические изменения для районов Крайнего Севера нашей страны. Пожары в зоне торфяников и вечной мерзлоты представляют особую угрозу для экологии.

Пожары стали следствием необычно теплой погоды на Аляске и в Сибири. В июне нынешнего года в границах Полярного круга зафиксирован объем выбросов диоксида углерода, превысивший суммарные выбросы за 8 предыдущих лет — 50 мегатонн. Эксперты затрудняются назвать объемы выбросов других газов, например, метана», — говорится в статье.

Автор пишет, что «пожары-монстры» в северных широтах стали предметом головной боли специалистов. Один из них — Майк Флэнниган, профессор Университета провинции Альберта, изучающий восстановление природных ресурсов. Профессор напоминает, что торф является органическим материалом, толщина которого достигает 40 сантиметров, торф также является «хранилищем» диоксида углерода, скапливающегося в течение тысячелетий.

«Торфяники горели всегда, но в нынешнем году площади поражения огнем превысили норму. Чем больше происходит пожаров, тем больше наблюдается выбросов парникового газа, тем существеннее потепление, а это, в свою очередь, приводит к росту числа пожаров», — сказал профессор Флэнниган в беседе с корреспондентом The Globe and Mail.

фото: AP

В начале этой недели власти поселка Кено-Сити, расположенного неподалеку от границы Полярного круга в канадской провинции Юкон, оповестили жителей о возможной эвакуации. Несмотря на близость пожаров, до эвакуации дело до сих пор не должно, однако специалисты департамента по чрезвычайным ситуациям провинции «признают, что должны приспосабливаться к меняющимся условиям».

«Ситуация ухудшается благодаря климатическим изменениям, — утверждает Джозеф Волф, директор местного горного музея. — В последние 15 лет у нас установилась необычайно сухая погода, летний сезон все больше похож на южное лето».

Это наблюдений подтверждают специалисты уже упомянутого исследовательского центра NOAA, по данным которых в июне нынешнего года в этом уголке Канады был побит температурный рекорд последних 140 лет.

«В этом году на Аляске и в Сибири установилось необычно высокое атмосферное давление, которое всегда приносит теплую и сухую погоду. Зоны высокого и низкого давления определяются воздушными потоками, от них также зависит продолжительность периодов, в течение которых сохраняется то или иное давление. Воздушные потоки, в свою очередь, зависят от разницы между арктической и экваториальной температурами. Благодаря изменениям климата эта разница становится все меньше, в результате чего воздушные потоки замедляются», — заключает профессор Университета Альберты Майк Флэнниган.



Source link