Рубрики
Больше Культура

На аукционе поднятый со дна Балтики царский алкоголь оценили в $6 млн


При продаже с аукциона 900 бутылок элитного столетнего алкоголя с драматической историей можно выручить 6 миллионов долларов, сообщает радиостанция Sputnik.

Ранее стало известно о том, что с затонувшего в Балтийском море судна шведские дайверы подняли сотни бутылок элитного коньяка и ликера, отправленного, по некоторым данным, в Россию из Франции через нейтральные воды Швеции. 19 мая 1917 года шведский пароход S/S Kyros взял курс на Петроград с 50 ящиками коньяка и 15 ящиками ликера. Алкоголь предназначался для приближенных последнего российского царя Николая II.

Однако в районе Аландских островов в сегодняшней Финляндии судно было потоплено немецкой подводной лодкой UC-58, так как в то время перевозка спиртного считалась контрабандой. По счастливой случайности экипаж подобрал другой корабль и доставил в Швецию. А алкоголь остался на дне Балтийского моря. Затонувшее судно находится в финляндской экономической зоне, в этой связи любой человек имеет право поднять груз на поверхность.

Хотя место кораблекрушение было обнаружено около двадцати лет назад, успешная спасательная операция Ocean X Sweden и Icelandic Ocean Research на борту исследовательского судна Deepsea Worker произошла совсем недавно. Одна из причин заключается в том, что на протяжении многих лет затонувший корабль был сплющен рыболовными тралами и стал представлять опасность для дайверов. «Мы нашли не только редкий коньяк и ликер, но и часть истории бывшей имперской России», — говорится в заявлении представителей Ocean X Team.



Source link

Рубрики
Больше Культура

В Испании со дна водоема всплыл 7000-летний «Стоунхендж» — Российская газета



В Испании снижение уровня воды в водохранилище Вальдеканьяс впервые за последние 50 лет обнажило мегалитический памятник Дольмен-де-Гуадальпераль, возраст которого оценивается учеными в 6000-7000 лет.

Как сообщает Live Science, уровень воды значительно понизился из-за летней засухи. Благодаря этому впервые за многие десятилетия был полностью обнажен мегалитический памятник, расположенный на дне водохранилища Вальдеканьяс.

Его называют «испанским Стоунхенджем», хотя этот мегалитический памятник, вероятно, гораздо древнее британского. По оценкам ученых, он был возведен в четвертом или пятом тысячелетии до нашей эры.

Он представляет собой круг, выложенный из 150 больших камней, высотой до 1,8 метра, вертикально вкопанных в землю. Ученые предполагают, что этот памятник использовался для проведения ритуальных церемоний.

Один особенно большой камень, так называемый «менгир», видимо, указывает на вход в сакральный круг. Кстати, на одной из его сторон вырезана человеческая фигура. На другой стороне изображен некий извилистый знак, который мог символизировать змею или протекающую поблизости реку.

С поверхности этот памятник исчез полвека назад — его затопили при строительстве водохранилища. У ученых есть совсем немного времени для изучения — уже скоро, с началом сезона осенних и зимних дождей, «испанский Стоунхендж» вновь уйдет под воду.

К слову, он был обнаружен в 1920-е годы в регионе Эстремадура, расположенном недалеко от границы с Португалией. Первые данные исследователей о нем появились в начале 1960-х годов.

Однако в 1963 году, во времена правления Франсиско Франко, были проведены крупные строительные работы. Долина была затоплена, и мегалитический памятник внезапно оказался на дне водохранилища.

С тех пор над поверхностью воды лишь иногда проступали верхушки этих камней.



Source link

Рубрики
Общество

Испила ли Россия чашу до дна?



Родимые пятна

Обнаруживается: есть политики, журналисты и писатели (перечисляю влияющих на общественное сознание деятелей), сильно отстающие в своем развитии не от инопланетян, а от своих же двуногих собратьев-современников (об этом толковала недавно в медицинской программе госпожа Малышева; на нее тотчас обрушились и окоротили). Мыслящих рутинно, увы, после этого не убавилось. Формации, ими выстраиваемые (органы власти, издательства, газеты, ТВ), являют собой дефективные сегменты-дистрикты — смыкаясь воедино, эти ареалы образуют отсталые депрессивные регионы-пятна (родимые пятна недавнего и далекого отсталого прошлого).

Такие регионы, в свою очередь, складываются в беспредельное поле больной державы.

Отдельные непроплешины на этом унылом поле могли бы воспрянуть, но, если не подбросить свежих семян, жнивье истлеет, не озарив меркнущий надел новыми всходами.

Смешно и грустно

Продолжаем расхлебывать кашу, заваренную в 1917 году. Временное правительство, над которым так привычно стало изгаляться за его либеральную неспособность руководить империей, одухотворялось идеей некровопролития и соблюдения демократических принципов. Отменило полицию, выпустило из тюрем заключенных.

Прекраснодушные мечты! Милые интеллигенты уповали: бытие само наладится и потечет по справедливому руслу. Полагались на нравственные основы и порядочность каждого отдельного индивида. Смешно! И грустно. Естественно, маниловых и хлестаковых подмяли — если бы собакевичи и тяпкины-ляпкины!.. — нет, шайка покруче. Ульянов–Коба с сообщниками живо поставили к стенке не только временных правителей, но и постоянных обывателей. Оттуда, из «красного террора» (не отличаю его от террора «белого», просто восторжествовал первый), и проистекла вседозволенность: убивать — не возбраняется, преступления — норма, а не аномалия, не грешно своровать и столь же криминально замести следы — устранить свидетеля, сжечь улики, оклеветать невиновного. Выстрелить в спящего медведя — вовсе пустячок, казус, чепуховина. Мало нам было жертв — вот и добираем сегодня.

Стоит ли удивляться, что именно в тех краях, где убивают спящих, происходят пожары и наводнения?

Доброушие

Дело не в том, что (как нас пытаются уверить) площадь возгорания невелика, а в том, что власть не желает шевелиться ни по какому, даже самому вопиющему, поводу.

Один заокеанский умник нашел легкий путь борьбы с климатическим беспределом: надо высадить миллионы деревьев! Особую ставку он сделал на Россию — ведь здесь столько пустошей и необихоженных пространств!

Интересно, что он скажет теперь, когда уничтожены миллионы гектаров зеленых (невосполнимых!) ресурсов. Какое там сажать, если не можем и не хотим сберечь то, что имеем.

Ну а мы-то, пичужек и мишек не убивающие и рьяно обличающие недостатки, мы-то что же? А мы, выплеснувшись, вновь развешиваем уши и внимаем ухищренным басням о том, что жить стало лучше и веселее.

Не опечатка то, что вы прочитали в подзаголовке этой заметки: добродушие — доброта и широта души, а доброушие — доброта и широта ушей, в которые вливаются потоки словес, сдобренные музыкальными тактами и ритмами, шумом ветвей обреченных деревьев и отравленного моря, а также миллионами других разнообразных звуков — чириканьем воробьев, перезвоном трамваев, шорохом и поскребываниями мышей, уханьем совы и журчанием весенних ручьев над металлической решеткой засоренного и не прочищенного водостока.

Нам впаривают — мы ведемся. Нас дурачат — мы соглашаемся. Но не посещает ли опасение (а то и вполне рациональная уверенность, базирующаяся на визуальных наблюдениях), что ситуация стремительно усугубляется? Причем мы сами ее ухудшаем. Мы, а кто же еще? Вырубки лесов и наводнения (деревья могли бы вобрать лишнюю влагу) устроили не марсиане.

Сколько можно делать вид, что все хорошо?

Куриные мозги

Ухудшаем все, что возможно.

Потому что совершенствованием жизни занимаются люди, у которых очень своеобразное представление о совершенстве.

Денег (личных, украденных у населения) у них много, а мечты о том, какой должна быть жизнь, очень кургузы.

Их представление о благоденствии и совершенстве мира: построить дворец или откупить этаж дома — вот и все необходимые преобразования. Остальная планета, с ее треволнениями и борениями, не умещается в крохотных куриных мозгах. Но судим об их принадлежности к мыслящей когорте именно в связи с человекоподобием, в то время как они ужасающе дегенеративны.

Пепелище

Неужели для того, чтобы возродиться, необходимо остаться на пепелище, посреди непролазных топей, в которых гибнут даже привычные к отравленным стокам караси? Неужели нужно достичь дна, чтобы оттолкнуться от него, пытаясь всплыть на поверхность?

А если не получится?



Source link